Natatnik смотрит одну из серий популярного сериала с профессионалом в своей сфере. Продолжаем рубрику просмотром первой серии первого сезона сериала “Мир Дикого Запада”.

Антон Любохинец
Владимир Головко БрГТУ
Владимир Головко
Валерий Касьяник Брест
Валерий Касьяник

В качестве экспертов выступают Владимир Головко, доктор технических наук, профессор, заведующий кафедрой интеллектуальных информационных технологий Брестского государственного технического университета, Валерий Касьяник, старший преподаватель этой кафедры, и Антон Любохинец, сооснователь студии веб-дизайна и разработки Elision Studio.

02:16 Начинается диалог между роботом Долорес и инженером. Он спрашивает её, хочет ли она проснуться. Она отвечает, что хочет и что ей страшно.

Можно ли программировать искусственный интеллект (далее – ИИ) так, что он будет чувствовать?

Антон: – То, что называют ИИ, ничего общего с интеллектом не имеет. Это программа, у которой есть какой-то алгоритм действий. Допустим узнавать котиков на картинке. Для этого ранее ему программист “скормил” 50 тысяч фото, из которых 30 тысяч с котиками, остальные без. Когда ИИ выбирал, программист ему “говорил”, правильно или нет. И после этого ИИ сравнивает с тем, что запомнил и понимает, где есть котики. С чувствами как у людей это не будет иметь общего. Компьютер будет говорить то, что сказал ему программист. Например, люди бояться прыгать с парашютом, он у себя сопоставит параметры и скажет, что боится, хотя у него не будет чувств как у нас, основанных на гормонах или ещё чём-то таком. Это будет просто алгоритм.

Владимир: – Сейчас уже ведутся работы, чтобы у робота были эмоции, помогающие в совершении творческой деятельности. Есть тест Тьюринга, как отличить человека от машины. ИИ проходят его. Если не видишь собеседника, общаешься по интернету, не сможешь отличить робота. Человек всегда пытается создать гуманоидного робота, что-то подобное себе. Но какая разница, в какой он оболочке? Человек не видит ничего совершеннее себя. И выступает как творец. Если принять версию, что человека создал Бог, то тут человек играет роль Бога. Создаёт творение, не отличающееся от человека, со способностью обучаться, взаимодействовать с природой, с людьми. Сейчас пока идёт разработка роботов специализированных задач.

02:28 Инженер спрашивает у Долорес, сомневалась ли она в своей реальности?

ИИ понимает, что он – робот? ИИ может думать?

Антон: – Зависит от того, насколько разошёлся программист. Если предположить, что когда-нибудь будут доступны мощности, несопоставимые с нынешними, у ИИ будут запрограммированы все возможные алгоритмы начиная с котиков, заканчивая пониманием, что они роботы. Он будет понимать, что он робот. Но надо сказать, что нейроны насекомых намного сложнее любого ИИ, написанного человеком. Он проходит по своей семантической линейке и выдаёт результат. Человек может думать, сомневаться. Если роботу никогда не показывать мячик и не определять его, то он никогда и не узнает, что это мячик. Он просто сможет сравнить с котиками и сказать, что это на 17 процентов котик. На данный момент самый мощный компьютер проигрывает в узнавании вещей трёхлетнему ребёнку. Хотя нейронные сети самообучаются. Тот же гугл использует наши фото для обучения своих сетей, чтобы потом что-то нам предлагать. Увеличиваются вычислительные мощности, ИИ становится умнее.

Владимир: – Человек смотрит в зеркало и идентифицирует себя. Идентификация – это важно. И робот должен знать, что он не человек, а робот из другой категории.

13:25 Инженер спрашивает у Долорес про её отношение к приезжим. Она отвечает, что все любят приезжих и благодарны им за жизнь.

Можно ли запрограммировать ИИ так, чтобы он всегда помогал человеку, чтобы не мог уничтожить человека, есть какие-то правила или законы для роботов?

Антон: – Есть. Их придерживаются. В таких законах есть большие бреши. С развитием автономного транспорта программисты столкнулись с вопросами: в машине едут люди, перед ней выскакивает маленький ребёнок. Спасти его и навредить тем, кто внутри или наоборот? Человек может выбрать ребёнка, а машина “думает” статистикой и выбирает процент вероятности.

Владимир: – Весь комплекс культурного воспитания направлен на то, чтобы человек не нанёс вреда другому человеку. Но всегда находится тот, кто наносит вред. Если мы создаём разум, он может эволюционировать и развиваться, взаимодействуя с окружающей средой. Человек развивается, смотря какие у него целевые установки. У робота, как и у человека, есть запретные “заповеди”. И когда есть конфликт с его целевой установкой, он может что-то совершить. ИИ эволюционирует в рамках заложенных ограничений. Робот может нанести вред в зависимости от того, кто и для чего создаёт его.

14:39 Показывают, как в лаборатории делают лошадь. В скелет вставляют внутренние органы. На следующем этапе лошадь уже с кожей. И в последней лаборатории лошадь “учат” ходить.

Насколько такое создание роботов далеко от настоящего роботостроения?

Антон: – Сейчас уже есть роботы, похожие на человека визуально. Но это резина и металл. А реальная плоть и компьютер? Не знаю. Ведь ещё парализованного человека не могут “научить” ходить. Человеческий организм слишком сложен. Мы можем создавать протезы, которые повторяют моторику руки. Но они работают, считывая импульсы от оставшихся мышц и переводя их в движение. Но пока не идёт речь о чувствах.

Владимир: – Опыты проводятся. Как сделать робота, чтобы он ездил, не сталкиваясь с препятствиями? Берут мозг крысы, подключают к механике. ИИ обучается. Только опять вопрос: зачем делать таких роботов? Сделать себе подобных или более совершенных? Роботы нужны, чтобы избавить человека от рутинной работы. А может и от творческой (улыбается). Что тогда будет делать человек?

20:39 Форд одной фразой “глубокий сон без сновидений” выключает робота.

Возможно ли выключение роботов фразой, а не кнопкой вкл/выкл?

Антон: – Конечно. Это уже есть. Старые компьютеры выключались просто кнопкой “power”. Сейчас мы жмём “завершение работы” и это можно заменить голосовой командой для робота. А включение – “Ок, гугл” или та же Сири. Сейчас все телефоны на андроиде нас слушают. Когда вы не отдаёте команды, они постоянно “наблюдают”, а когда вы говорите “ок, гугл” они просыпаются и готовы общаться.

27:50 Бернард говорит, что основной код робота цел, и, значит, он не обидит “гостя”.

А может робот убить человека?

Антон: – Да. На заводах есть роботы-“манипуляторы”. Они передвигают свою руку по какой-то траектории, и если туда попадёт человек, он его не заметит и сметёт. Всё зависит от программиста.

40:25 Бернард разговаривает с Фордом. Форд говорит, что человечество в результате эволюции достигло того, что лечит все болезни, сохраняя жизнь самым слабым, и когда-нибудь сможет воскрешать мёртвых.

Когда появится возможность заменять людей роботами, переносить умирающего человека в робота?

Антон: – Мозг человека почти не исследован. Мы пока можем двигать мышкой с помощью специального оборудования на голове. А перенести так, как переносят на диск видео? Вполне возможно, но ещё не скоро.

Валерий: – Учёные могут считывать мозговые волны.

Владимир: – Раньше считалось, что с помощью клонирования можно скопировать человека. Но человек живёт во времени и пространстве. Рождается с определённой генетической информацией, а дальше эволюция мозга происходит в конкретных условиях. Создать Эйнштейна сейчас – неизвестно, кем он станет. Нейроны в процессе жизни человека умирают. А такое как в фильмах – пересадить голову…Надо спрашивать у медицины.

01:00:00 Бернар говорит, что “грезы” (элементы движений из старых личностей) дают доступ к старым настройкам робота.

Возможно ли наложение программ друг на друга, старые программы стираются?

Антон: – Стираются и перезаписываются. От этого жёсткий диск “страдает”. Захотите удалить, всё сотрёте и ничего не останется.

Владимир: – Если будем делать головной мозг робота, он будет состоять из нейронов, но искусственных, которые в той или иной степени модулируют реальные биологические. А память человека не всё сохраняет, с возрастом забывается. Можно создать хранилище для старых программ.

Валерий: – У нейронных сетей есть эффект, кода разные обучающие выборки накладываются. Те же гугловские разработки, когда они обучали ИИ на котиках и собачках, показывая им овечку на склоне горы, они видели несуществующих котов и собак. Потому что во время обучения выборки были не совсем правильные. И это вполне реальная проблема наложения образов при обучении нейронных сетей.

Какой сериал или фильм про роботов Вы можете посоветовать читателям?

Антон: – “Я робот” – старый, но классный. “Кремниевая долина” –  забавный сериал, понравится современным ребятам из IT. “Мистер Робот” про хакеров. И “Чёрное зеркало“, не совсем про IT, но рядом.

Владимир: – Я в основном смотрю боевики. Так что “Терминатор“.

Валерий: – Могу порекомендовать фильм “Она“.

Сейчас у нас развивают сферу IT, обучают веб-дизайну, открывают школы программирования для детей и подростков, учат людей работать с компьютером. Беларусь на мировой арене в этой сфере может восприниматься серьёзно?

Антон: – Я лично против обучения детей такому: развивается лень. Не нужно ничего запоминать – есть гугл.

Мы уже на уровне. У нас много хороших программистов. Но это достаточно скучная работа. Особенно, если ты сидишь в офисе и просто проверяешь чей-то код и переписываешь его. Если ты делаешь что-то своё, ты всё равно выполняешь задачу заказчика. Можно конечно делать что-то своё, как ребята из гугла или тесла. Но таких людей мало. Все не будут как Цукерберг.

Владимир: – Смотря с кем нас сравнивать. Та же Япония. Индустрия игрушек развита хорошо. Всё зависит от востребованности и от возможностей. В Америке это возможно, потому что создали такие условия. Наши выпускники очень даже востребованы. Как мне сказали: Беларусь получает больше прибыли от продажи виртуальных танков, чем Российская Федерация от реальных.

На кафедре интеллектуальных информационных технологий БрГТУ

Если пофантазировать, когда мы сможем попасть в такой красивый мир роботов, как в сериале?

Антон: – От десяти до пятидесяти лет.

Владимир: – А для чего это надо? Человек прагматичен. Тут вопрос внешнего вида. Можно сказать… Уже.

Валерий: – В силу занятия робототехникой могу сказать какая отрасль очень заинтересована в человекоподобных роботах – секс-индустрия. В Америке я знаю три стартапа, делающих женщин-роботов с эластичной кожей. Они могут только лежать, но в это время движения максимально биоправильные. Ходящие… Может быть, через пять лет.

Фото: Екатерина Горик, скриншоты из сериала

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

 
 

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о